Нино Рота. Легенды кино

Перед посещением любого концерта, каждый слушатель (если он, конечно, не пришёл по бесплатному пригласительному, выданному на работе в честь праздника) примерно представляет, чего ожидать от выступления.
 
Заставит ли музыка уйти в себя, погрузиться в мысли о судьбе, месте человека в мире, страданиях и радостях, метафизике и диалектике, или наоборот – это будет приятный безмятежный вечер милой, элегантной музыки с хорошо знакомыми мелодиями, вроде вальсов Штрауса.
 
Всегда с недоумением воспринимаешь концерты типа «от Баха до Пьяцоллы». Зачем вмещать в один вечер вещи несочетаемые, замечательные по отдельности или в окружении равносмысловых сочинений? Это признак дурновкусия – составлять подобные программы, признак того, что музыканты не понимают природы и должной атмосферы исполнения ни музыки Баха, ни музыки Пьяцоллы, переводя и то и другое в разряд ненавязчиво звучащего, лишённого осмысленного отношения псевдоизящного фона.
 
Музыкант должен понимать что и для кого он играет и это ощущение должно передаться в зал к зрителям.
 
И концерт, посвящённый киномузыке Нино Роты, полностью оправдал предчувствия зрителей – редко когда увидишь полностью забитый Большой зал, нисколько не поредевший до конца вечера (замечательно проведена компания по организации и привлечению публики от нового концертного агентства «Русконцерт»).
 
Люди пришли на яркую киномузыку выдающегося мастера, пришли услышать красочное, сочное звучание оркестра, темпераментную итальянскую лирику и душераздирающий южный трагизм удивительных мелодий Роты. И всё это было. Особый шарм представляло и то, что за дирижёрским пультом стоял племянник маэстро – Марчелло Рота.
 
Все сочинения, прозвучавшие на концерте – это, бесспорно, эталоны жанра киномузыки. Но это не просто саундтрек. Даже во время включения в оркестре джазовых стандартов и ритм-секции, не покидало ощущение академического взгляда автора – в выверенности оркестровых линий, контрапунктической работе, продуманности ансамбля групп.
 
Это проявилось и во многих разработочных, а не просто картинно-иллюстративных фрагментах из «Ромео и Джульетты», «Сладкой жизни», «Крёстного отца» и других произведений. Чудесные соло духовых инструментов – особенно хорошо звучащие в оркестре радио «Орфей», полное, насыщенное дыхание объединённой струнной группы, «вспыхивающие солнца» тарелок – всё это представило Италию во плоти.
В первую очередь, оркестровый стиль Роты опирается на тембровое письмо, намеренное разграничение групп с целью выявления характеристическго звучания каждого инструмента – комические засурдиненная труба или высокий кларнет «Маменькиных сынков», тоскливая флейта или гобой «Ромео и Джульетты», импозантная небрежность и лоск струнной группы «Ночей Кабирии».
 
И во всём этом нет циркачества, но есть какой-то высоко музыкальный аристократизм (в плане отношения к материалу), настоящий оркестровый юмор и, в лучшем смысле, артистичность; к слову, это подчёркивалось исполнительской манерой Марчелло Роты – мягким рафинированным дирижёрским жестом и лёгкой игрой с публикой, не только допустимой, но и вполне естественной для подобного концерта.
 
Остаётся надеяться, что маэстро не все сочинения своего репертуара играет в таком же роде, а что же касается музыки его дяди – то Марчелло Рота как нельзя лучше подходит для их исполнения. Но здесь же стоит отметить, что такая яркая, эмоциональная, превосходно оркестрованная и изобилующая тембровыми находками музыка способна почти самостоятельно выстроить форму. Она естественно ложится на слух и столь же естественна и ясна при разборе исполнителями.
 
Кульминации и спады, заложенные в партитуре, несмотря на изобилие ансамблевой игры, динамических и темповых контрастов, с первого проигрывания становятся ясными и не требующими доскональной проработки – это свойство слуховой естественности, мелодического генеза линий фактуры.
В музыке к выдающимся фильмам Феллини, Висконти, Дзеффирелли и Кополы заметно и ещё одно особенное свойство Роты-композитора: причастность к предшествующей общемировой традиции. И в условно «лёгкой» киномузыке, и в академических сочинениях улавливается связь с классиками – мелодическое богатство итальянских оперных композиторов (особенно Верди и Пуччини), симфоническая живопись и острый трагизм Респиги (отдельные страницы партитуры явственно навевают поэтику «Драматической симфонии»), оркестровые находки и неподражаемый тембровый юмор Прокофьева.
 
Симфонический оркестр радио «Орфей», как и дирижёр Марчелло Рота – это, наверное, лучший вариант исполнения подобной программы в России. Некоторые неровности и неслаженность струнной группы, в особенности первых скрипок, сглаживались блистательной игрой духовиков и общим темпераментом звучания. По игре, реакции на дирижёра, да и просто лицам музыкантов, по восторженной реакции публики и свободному, даже чуть вальяжному жесту Марчелло Роты становилось ясно, что музыка захватывала всех без исключения – и исполнителей, и публику. А подобное коллективное чувство не так часто встречается на концертах, даже очень демократичной и известной музыки.

Источник: http://www.classicalmusicnews.ru/reports/marcello-rota-moscow2016/

Новости

анонсы, статьи, интервью
20 ноября / Один из самых известных оперных певцов мира, немецкий контратенор Андреас Шолль приедет в Москву зимой 2019 года. читать даллее
28 октября / Одну из самых изысканных программ сезона представит 1 ноября в Большом зале консерватории Московский камерный оркестр... читать даллее
25 сентября / 18 октября в Большом зале Московской консерватории прозвучат два шедевра композитора — Второй концерт для фортепиано... читать даллее
Все новости

Мероприятия

Концерты, фестивали
8

дек

Зимние грёзы. Чайковский
Большой зал Московской консерватории
12

дек

Шедевры итальянской оперы. Верди, Россини, Беллини
Большой зал Московской консерватории
15

дек

Звезда мировой сцены. Андреас Шолль
Большой зал Московской консерватории
20 - 21

дек

Новый год с Эннио Морриконе и Нино Рота
Большой зал Московской консерватории
Афиша

Медиа

Видео, Фото
Медиа